Художник

Татьяна Кузьмина-Чугунова

Член Творческого союза художников России
Работы находятся в частных коллекция России и Европы
Закончила Казанское художественное училище им. Фешина.
Факультет живописи
- Пишет портреты с натуры
- Выполняет на заказ интерьерную роспись.
- Большой опыт в полиграфической работе.
- Владеет техникой старых мастеров.
- Выполняет копии на заказ, импровизируя
- Дает уроки академического рисования, живописи композиции
- Руководит художественной студией

Училась в Казанском художественном училище им. Фешина, живописный

факультет – 1983-87гг.

 

 

 

Выставки

Молодежная авангардная выставка – г. Казань, 1987г.;

Галерея «Марс» - г. Москва, 1987г.;

Выставка, посвященная 850-летию Москвы – г. Москва, ВДНХ, 2008г.

Галерея «Багира» - г. Москва, 2009г.;

Работа с салонами: в гостинице «Савой» и «Яр» - г. Москва;

Выставка «Стиль» - галерея «А3», г. Москва, 2014г.;

Российская Неделя Искусств – 15 Международная выставка-конкурс

современного искусства. 1,2,3 места в номинации «Портрет», 1 место

в номинации «Жанр», г. Москва, 2014г.;

Российская Неделя Искусств – 16 Международная выставка-конкурс

современного искусства. 3 место в номинации «портрет», г. Москва,

2014г.;

Персональная выставка Портрета, выставочный зал ТСХР, г. Москва, 2015г.

Российская Неделя Искусств – 17 Международная выставка-конкурс

современного искусства. 1 места в номинации «портрет» и «пейзаж», г. Москва,

2015г.;

Персональная выставка в муниципальном выставочном зале г. Красногорск, 2015г.

«Образ женщины» - групповая выставка в Центральном Доме Журналиста в Москве – 2015г.

"Неделя современного искусства в Италии" - Рим, июль 2015 года. 1,2,3 места в номинации "Жанр" (классика).

Выставка "Мастера и ученики" - Центральный дом журналистов, Москва, октябрь, 2015 год.

МЕЖДУНАРОДНАЯ ВЫСТАВКА-КОНКУРС ПОРТРЕТНОГО ИСКУССТВА ARTPORTRAIT CLUB INTERNATIONAL FESTIVAL - 1-2 места в номинации "СОВРЕМЕННЫЕ ФОРМЫ" - 16-24 января 2016 года Москва, Центральный Дом Художника.

"Пробуждение Дао" - совместный проект с Дмитрием Плоткиным, Москва, галерея А3, 11-21 февраля 2016г..

 

 

 

 

Художник Кузьмина-Чугунова Татьяна Александровна.

(Автор Яворский Войцех Томашевич)

Существует устойчивое мнение, что только поступки отражают истинное мировоззрение человека, а вовсе не его умение подать себя окружающим. Если перефразировать это утверждение, придав ему большую искусствоведческую форму, то поступки мы можем заменить картинами, а словесную завесу, тщательно сформированным имиджем. Известный рекламный слоган – «Имидж ничто, жажда все» тут более чем уместен, так как в лице художника Т.А. Кузьминой-Чугуновой мы найдем его потрясающе точную иллюстрацию!

Яркая блондинка, в одно и то же время бывшая и лучшей студенткой Казанского художественного училища имени Фешина, и потрясающе сексуальной танцовщицей рок-н-рольных дансингов столицы Татарской республики, всегда будто намерено взращивала в себе противоречие вызывающего «хипповского» образа и уникальной работоспособности горячего последователя технического универсализма «старых мастеров». Ощущение бесшабашности, стопроцентной оторванности от посредственной усредненности, к которой старались привести своих воспитанников педагоги советской художественной школы, удивительным образом сочетались в молодом художнике с усидчивостью, трудолюбием и жаждой признания.

Конечно, мастерство, позволяющее Татьяне Кузьминой-Чугуновой исполнять копии картин голландских или русских художников, пришло не сразу. Потребовались многие годы упорного труда, как это не банально звучит. Но главное, все-таки, не в этом! Самым важным достижением является то, что достигнутое умение, позволяющее сравнивать качество живописи с академистами 19 века, не стало причиной потери связи с реалиями современного искусства. Таким поплавком, позволяющим художнику всегда оставаться наплаву, является та вторая сторона натуры Татьяны, которая заставляет ее еженедельно отдаваться рок-н-рольному экстазу и сохранять внешность юной бунтарки! Неуемное желание жизни-праздника, восторг перед проявлением любой инаковости, отвергающей рутину и суетность, а также потрясающее чувство любви к миру и людям – вот та закваска, которая ведает творческими метаморфозами художника.

Но не только страстная натура правит бал в поисках реализации ее таланта - удивительна чуткость к психологическим и интеллектуальным открытиям современной литературы, кинематографа и изобразительного искусства художника, чьим профессиональным фундаментом является классическая школа, творчество русских писателей 19 века, сам дух Возрождения и позднего классицизма.

Надо признать, что историзм – иллюстративность в подходе к сюжетным темам давно не являются догмами для художника Кузьминой-Чугуновой. Нет! Основным мотивом, с помощью которого она в своем творчестве славит жизнь, безусловно, является ЛЮБОВЬ! И это видно не только по тем картинам, на которых показан неприкрытый восторг перед чувственными отношениями любящих людей – нет, абсолютно во всем, что становится объектом внимания мастера, будь то парадный или камерный портрет, городские или природные пейзажи, натюрморты, связанные с воспоминаниями о поездках – везде основным эмоциональным мотивом является чувство любви!

После долгого периода поиска своего собственного «лица», мы, ценители творчества Татьяны Александровны, можем констатировать – художник встал на собственный путь и приступил к созданию собственных проектов, которые позволяют нам надеяться на то, что скоро перед нами предстанет «неизвестная» Кузьмина-Чугунова, мастер глубокого проникновения в мир современного человека!

 

Статья к каталогу художника Татьяны Александровны Кузьминой-Чугуновой

(Автор искусствовед Яворский Войцех Томашевич)

Писать о художнике, который заслуживает дифирамбов всегда приятно! Но этот случай еще и крайне ответственен и почетен, так как статья эта будет предварять просмотр его первого большого каталога с первой персональной выставки!

Как говорится – «Вернисаж, о котором мечтали поклонники творчества Татьяны Кузьминой-Чугуновой – СВЕРШИЛСЯ!..»

На этой торжественной ноте стоило бы поставить точку в тексте, превратив его в импровизированный тост, но формат требует другой стилистики…

Так вот, кто такая Т.А. К-Ч? Откуда она и куда идет?

Всегда существует соблазн ограничиться перечислением внешних, очевидных достоинств художника, делая упор только на его творческую биографию – учеба, выставки, продажи… - ведь, собственно, для понимания уровня известности и признания этих данных достаточно. Однако не в нашем случае! Ибо без понимания всей полноты личной истории Татьяны, без корреляции ее протокольной цивильной биографии с творческой – понять масштаб художника невозможно!

Хотя, если быть честным, самого присутствия перед ее полотнами достаточно для острого сочувствия и сопереживания главным героям!

Тем не менее, продолжим!

Есть художники призванные, а есть selfmadeartist! Призванные ощущают свою избранность практически с четко определяемого момента, а вторые создают себя упорным тяжелым трудом всю жизнь!

Татьяне посчастливилось синтезировать оба этих качества. Узнавание в себе творческой личности произошло в ее жизни достаточно рано – потребность в рисовании существовала, чуть ли не с пеленок. Однако понимание, что это именно жизненная стезя живописца, пришло к ней в достаточно зрелом возрасте, когда позади остались и детство (прощай семейные оковы), и школа, из стен которой Татьяна вышла на свободу, подобно голливудским героям из тюрьмы «Алькатрас», и первое профессиональное образование (оформитель-витражист) с двухгодичной отработкой на авиационном заводе в бюро эстетики в городе Казань (чем не каторга?)..

Кстати, это одна из коренных особенностей личности художника – неугасимая страсть к СВОБОДЕ!

Уже, находясь на пороге филологического факультета (мы потеряли писателя-журналиста?), Татьяна, как это всегда бывает, встретила вестника Богов, бывшую преподавательницу живописи в «ремеслухе» – которая, в ультимативном порядке, отправила ее в казанское художественное училище, навеки осчастливив полным соответствием ПРЕДНАЗНАЧЕНИЮ!

Далее со слов автора – все четыре года основным, можно сказать единственным, интересом и занятием неофитки прекрасного, стало обучение мастерству живописца! И никакие соблазны студенчества от этого подвига Татьяну отвернуть не могли! Тут мы лукаво потупим глаза, но и согласимся – действительно, в отличие от многих (почти всех) студенток художественных учебных заведений, Татьяна реально была полностью (95%?) поглощена созданием в себе ХУДОЖНИКА!

И тут я в первый раз хочу обратить Ваше внимание на сильнейшую сторону Кузьминой-Чугуновой - это Богом поцелованный портретист! Почему именно здесь этот акцент поставить уместно? Потому что ПОБЕДИТЕЛЬНЫЙ дух (вторая особенность личности Татьяны) – получил на дипломной работе один из самых обидных уколов – исторически-литературная тема картины «Казнь Чернышевского» (аукается филологический провенанс студентки) была оценена комиссией на 4 балла… По причине неправильной трактовки образа эшафота… Привет нашим «почвенникам»!

А ведь тут скорее можно винить куратора Татьяны – проглядеть, что перед ним Портретист с большой буквы, который способен был в образе сокурсницы (Портрет Галины, урожденной Орловой) провидеть личность достойной кисти Репина, что может быть более непрофессиональным?

Друзья, это самая главная черта художника Татьяны Кузьминой-Чугуновой – она ПОРТРЕТИСТ! Тонко чувствующий свои модели, умеющий раскрыть в их образах лучшие качества, вселяющая в них уверенность в собственной значимости, пробуждающая желание стать лучше!..

Но вернемся к исторической фабуле.

Училище окончено, впереди высшее образование (как цель) и одновременно наступает пора неумолимого кармического рока! Художника создают не только намерение и труд, важнейшим знаменателем является так же личностный рост и здесь без духовной работы, прохождение через катарсис души обойтись невозможно.

Сначала произошло пленение! Татьяна лишилась одной из главных составляющих своего я – СВОБОДЫ! На уровне обыденном, она попала в тенета быта и домостроевский (в худших его традициях) семейный режим, навязанный ей на долгие десятилетия. Следствием был вынужденный отказ от своего творчества и от творчества вообще. А в плане художественных предпочтений наступила тирания «почвенничества», основным условием которого является уход от внутренней свободы…

На пути к высшему образованию, усиленно готовясь к академизму, Татьяна достигла уровня мастерства, позволяющей ей на равных говорить с любыми корифеями прошлого. И это еще одна выдающаяся особенность Татьяны – умение УЧИТЬСЯ!

Однако ее свободолюбивый образ не был воспринят Глазуновской академией, а направленная подготовка именно в этот ВУЗ лишили художника возможности учиться в других учебных заведениях.

Фиаско на пути к цели, плюс погружение в семейный быт надолго отринули Татьяну от художнического самовыражения. И только подойдя к краю, когда встал вопрос о Жизни и Смерти – не быть Художником и жить в положении «рабыни» стало невозможно, она сумела включить свои лучшие качества – ЛЮБОВЬ, СВОБОДОЛЮБИЕ И ПОБЕДИТЕЛЬНОСТЬ НАТУРЫ и наконец, встать на путь служения своему ПРЕДНАЗНАЧЕНИЮ!

Именно благодаря этой революции мы видим в этом альбоме весь спектр достижений нынешней Татьяны Александровны Кузьминиой-Чугуновой!

Это ПОРТРЕТЫ, в которых ЛЮБОВЬ к людям удивительно гармонично сочетаются с мастерством, умением найти точный художественный язык, умением замереть на пике раскрытия личности модели, отставляя в сторону, ложно понимаемую академическую «законченность»!

Первым таким портретом была работа с образом молодой певицы Марией Дмитриевой. За кажущейся легкостью изображения тонкий ценитель увидит предельную концентрацию художника, доведение до минимума всей внешней атрибутики «школы», сохранение абсолютной узнаваемости в сочетании с яркой характерностью, достигаемой минимальными средствами. Вспоминается Антон Павлович Чехов с его изумительным афоризмом. У Татьяны краткость и точность в воплощении образа уже перешла границы сестринства и стала просто проявлением таланта!

Интересен образ Татьяны Ларсман – удивительно красивой женщины, в которой непосвященный очевидец мнит гламурную светскую львицу. Художник смог не просто отказаться от навязанного клише, но выделить и создать ту главную сущностную часть личности модели, в которой мы, зрители, видим тонко чувствующего романтика, преданного и восторженного друга, жаждущего душевной теплоты и дарящего своим близким любовь своего сердца. Интересно, что для решения этого образа, художник избрал стиль «модерн», который является наиболее точным языком для воплощения «светскости».

У Татьяны Кузьминой-Чугуновой все портреты, конечно же, заслуживают отдельного упоминания, однако, ограниченный рамками формата, я хотел бы обратить Ваше внимание на решение мужских образов. И тут, одним из самых показательных является портрет «Профессора, врача Глеба Барашкова». Руки, спасающие, руки-целители – удивительная находка художника. И глаза… Взгляд умудренного человека, в которых, несмотря на камуфляж цинизмом, чувствуется боль и сострадание к людям.

Глаза моделей Татьяны Кузьминой-Чугуновой – это лакмусовая бумажка ее мастерства. Известна особенность в написании человеческих очей художниками, когда, невольно, они всем портретируемым рисуют одни и те же «свои» глаза… Не то у Татьяны – каждый раз она создает «зеркало души» конкретного человека, полностью абстрагируясь от своей личности.

Удивительна серия детских образов в цикле «Фэнтази», в которых присутствует тонкий психологизм, а детей писать труднее всего именно из-за их чистоты и психологической неустойчивости. Дыхание ЛЮБВИ простерто над ними – опека и ответственность МАТЕРИ, просматриваются в этих работах с пронзительной ясностью! И это, кстати, еще одна черта Татьяны, как человека – МАТЕРИНСТВО!

Умение подметить в обычных ситуациях художественность, умение отойти от «литературщины» в жанровых сценках, тонкое чувствование окружающего ребенка Волшебства, позволяют Татьяне создавать такие добрые, волшебные картины, как «Тихий разговор» или «Не трогай»!

«Фэнтази для взрослых» - удивительный цикл, в котором Аллегория настолько слилась с Правдой жизни, что мы, зрители, невольно ощущаем себя героями-персонажами этих картин.

«Восторг граната», «Мой Джон», «Искушение гранатом», другие картины этого цикла заставляют зрителя жалеть о том, что он не может занять место экзотического фрукта, любимого кота и ощутить всю мощь направленной ЛЮБВИ автора.

Москва! Я думаю, что будь у городов нашей планеты возможность выбирать художников-портретистов – Татьяна была бы в первых рядах конкурсантов, так как любовь к городу, в котором она живет и творит, чувствуется в каждой акварели (почти миниатюрах) с поистине монументальной силой.

И, наконец, цикл «Замочная скважина»… Смесь откровенности, откровения и целомудрия, защищенного чувством Любви. Я бы сказал, что это манифест Татьяны, в котором он объявляет миру, что на художественную сцену вышел мастер, обладающий безмерной СВОБОДОЙ, ярко выраженной ЛЮБОВЬЮ, стремлением к ПОБЕДАМ и главное – настоящей ЧЕСТНОСТЬЮ МАСТЕРА!

 

 

Интервью Татьяны Ларсман о художнике Татьяне Кузьминой-Чугуновой

 

 

 

Интервью Марины Поддерегиной о художнике Татьяне Кузьминой-Чугуновой

 

 

 

Интервью с профессором Глебом Барашковым о творчестве Татьяны Кузьминой-Чугуновой

 

 

 

 Каталоги Татьяны Кузьминой Чугуновой к персональным выставкам...

  

142 143

 

 

144 1

 

Яворский Войцех Томашевич (искусствовед)

 

Художник Татьяна Кузьмина-Чугунова – Портрет жив!..

При всем разнообразии жанров в искусстве, можно смело, ссылаясь на очевидные приоритеты присущие человеческому сознанию, выделить «важнейший»! Кавычки здесь указывают на цитатность определения, а вовсе не на иронию. Действительно, что может интересовать любого представителя рода Homo, как не он сам? Ведь именно вычленение своей личности из общей привязки к себе подобным и есть признак «очеловечивания».

Портрет! Многообразие признаков, позволяющих расцветить или усложнить классификацию этого био-графичного жанра весьма велико! И с развитием наук, занимающихся человеческой личностью и ее психикой, нарастает это многообразие со шквальной скоростью. Каких-нибудь 400 лет назад искусство знало только два вида портрета – «парадный» и «психологический»! Причем второй был скорее отмечен особенностью таланта художника, нежели его сознательным подходом.

Настоящая революция в портретном искусстве и в отношении к этому жанру в среде ценителей искусства произошло в конце 19 века, когда Зигмунд Фрейд предпринял «удачную» попытку напугать обывателя бездной непредсказуемых и повелительных индивидуальных черт личности и, что важнее всего, указал на невозможность «спрятаться» от разрушительных волн, создаваемых работой подсознания и наработанных комплексов.

Думается именно эта революция в понимании себя, как сложнейшей субстанции Вселенной – Венцу природы гордыни никогда было не занимать, - привела к тому, что язык искусства стал катастрофически упрощаться, а содержание и форма подачи прочтения личности – усложняться! Уход от главного достоинства портрета – его статусности психологичности был предопределен навязанной людям идеи тотальной ущербности личности. Человек перестал быть ответственным за себя – появилась уникальная возможность оправдать любые преступления, любую греховность – это де влияние родителей, навязанный гештальт, опыт предыдущих поколений, бескомпромиссное влияние генома... Любые «безобразия» теперь стали «аутоиммунными» и бороться с ними стало бессмысленным занятием и «праздником» для профессиональных психологов и психиатров. Что вызвало отторжение портретного искусства, как способа выказывания своей особости, своей многоплановости, своей судьбы.

Более того, сами художники, теперь страдающие от комплекса собственной «сложности личности» или, скажем, от страха перед своими демонами подсознания, начали искать иные способы изображения человека. Можно сказать, что апофеозом такого подхода к творчеству, стали портретные композиции Бэкона. Портретом-то назвать это нельзя – а вот символическим изображением дисгармонии личности современного человека – можно!

Если идти по пути логики, поставив перед собой задачей доведение портрета до значения знака и символа, то белый холст любой формы это образ «хорошего» человека, черный – «плохого», серый – «никакого», а цветной – «сложного» - дальше можно развивать целую доктрину!

Что в живописи и содеял Малевич, учинив супрематизм! Сам по себе он (супр…) не что иное, как задание по композиции на 2-м курсе художественного училища на отделение промграфики или дизайна. Но в сопровождении манифеста, ему сразу удалось превратиться в поворотный этап в развитии изобразительного искусства. Паола Волкова даже углядела в нем влияние Ба-гуа! Бедные Даосы – они стремились к гармонизации человека и Природы, а оказались виновны в «арт-перевороте» 20 века!

Но вернемся к портретам. Конец 20 века и начало 21 наконец-то ознаменовались признанием существования современного искусства «madeinRussia», да что там, даже «Сотбис» был проведен в Москве. Видимо для того, чтобы поклонники московского концепта могли наконец-то оправдать свои подпольные закупки Ильи Кабакова и Григория Брускина иже с ними… Какая буча поднялась в российском арт-сообществе, какой бедлам… Беда в том, что художники вдруг решили, что уметь рисовать не надо, а, паче чаяния, если такой навык имеется, то его надо скрывать, как пятна экземы; а народившиеся (из вчерашних коллекционеров и нуворишей) галеристы, кураторы и эксперты подняли на щитах новую идеологию – уничтожение всего, что ассоциируется с российским и советским искусством. А следование в фарватере западных дискурсов, настолько не состоятельно, как и попытка сделать из русского фолка американский фолк-рок!

Что уж говорить о традиционных жанрах, появление которых в свое время ознаменовало установку ценности человека на пьедестал – они похерены полностью!

Нет, конечно, остался бастионы, блиндажи и флеши в виде продукции Шилова, Софронова и целой академии имени Глазунова, но говорить о них в терминах искусствоведения невозможно вовсе. Все выхолощено, умерщвлено и залито цементом, как дешевые памятники на кладбищах российской глубинки.

В портрете победу одержал фотошоп помноженный на возможности эпидиаскопа или наоборот – как вам угодно! Шиловская «мертвечина», псевдо-академизм, навязываемый новыми академистами, псевдо-постмодерн, пошлая эклектичность, а, главное, отсутствие нового Авторского стиля! Под таким вот соусом всю Перестройку и Ельцинско-Путинский период ценителей искусства потчевали эрзацем портретного жанра, доведя этот основный вид человеческого искусства до полумертвого состояния…

Но ведь так быть не может, не должно так быть! Примитивизация художественного вкуса широкой публики, дойдя до дна, должна была, по всем законам развития, повернуть вспять, и, набирая скорость, вернуться вновь к признанию высокого жанра. Но теперь уже обогащенная знанием сложности человеческой личности.

Естественно, странно было бы просто развернуться в контрдансе и начать вновь с утерянных позиций в русской портретной живописи конца 19 начала 20 веков, хотя соблазн очень велик, особенно после триумфально прошедшей выставки Серова в Третьяковской галерее. Но, очевидно, повторение пройденного пути – это дорога в тупик.

Так в чем же видится развитие портретного жанра, и кто может возглавить и олицетворить это движение?

И тут, наконец-то, я могу с полным на то основанием обратиться к личности и творчеству художника Татьяны Александровны Кузьминой-Чугуновой!

И, немного опережая задуманную последовательность изложения, я хочу поделиться открытием, которое совсем недавно для себя сделал, и, которое, сам автор (ТКЧ) любезно подтвердил, удивленный параллельностью наших «Эврик»! Глубинным предтечей, тем поистине золотым фундаментом, на котором Татьяна К-Ч построила свой художественный почерк ли, метод ли – восходит, как раз, к творчеству Александра Серова! Что удивительно, мы оба сделали это открытие, столкнувшись с поразительным, по своей простоте решения, по тонкой локальности цветовых отношений, по выразительности взгляда, по фирменному «пренебрежению» к прописке рук, портретом Николая второго.

И, знаете, это просто замечательно! Я искренне рад, что отправной точкой для развития своего «языка», Кузьмина-Чугунова не выбрала Репина, Сомова и даже мною бесконечно обожаемого Брюллова! Ибо только Серов на стыке веков смог почувствовать и начать реализовывать уникальный симбиоз классического реалистического искусства и новых веяний, пришедших в Россию из Парижа.

Но что же, что же, что … Татьяна?

Во-первых, откуда она появилась! Конечно, из Казани, а точнее – из Казанского художественного училища имени Фешина! Почему это важно? Фешинское училище, во-первых, является вотчиной Репинской академии, а из всех высших учебных заведений именно она славится своими традициями живописи; во-вторых, здесь почитают и очень качественно обучают именно Серовско-Фешинской школе, а значит, особое внимание уделяют портретному жанру.

Теперь большое во-вторых, Татьяна достаточно рано ощутила себя именно портретистом – то есть художником, для которого на первом месте стоит личность человека, отображенная через психологическое раскрытие. И это позволило ей еще на заре своей карьеры художника сконцентрироваться на изображении лиц и, что особенно важно, глаз.

И тут я не могу не упомянуть особое качество Татьяны - она перфекционист! Что-то делать по жизни в полсилы она не способна, а уж в живописи, которая является для нее не просто призванием, но и смыслом жизни – любая помеха на пути к совершенству сметается ею с неумолимостью торнадо! Именно поэтому к своему ремесленному мастерству, то есть к абсолютному знанию и пониманию, как тот или иной шедевр был создан, она шла через кропотливое копирование великолепных работ мастеров русской реалистической академической школы 19 века. Поверьте, это дорогого стоит – уметь сделать на холсте все! Причем минимальными, казалось бы, средствами – эта иллюзия появляется всегда, когда удается наблюдать за процессом творения, однако эта простота держится на тотальной технической образованности – для достижения того или иного эффекта, Татьяна использует только тот прием и тот инструмент, который может привести ее к цели наипрямейшим путем!

Итак, по окончании училища, в процессе подготовки к Академии, работая рядом с мастером старинных техник Кузьминым Олегом, Татьяна обрела безукоризненную техническую оснащенность. Однако известно, что наличие мастерства не делает ремесленника художником – очень важно, что стоит за душой человека, насколько он эрудирован, насколько эмоционально и психологически тонок.

Все время учиться! Постоянно искать новое – в философии, в истории, в литературе… Пытаться впитать в себя всю мудрость человеческой цивилизации – вот рефрен молодых лет художника. Все, вплоть до эзотерических практик…

И тут, в творческой биографии у Татьяны произошел непредвиденный перерыв - ей пришлось, пожертвовав искусством, основное внимание отдать сначала воспитанию детей, а затем зарабатыванию на хлеб насущный! Так что, когда мы встретились, вся творческая биография художника была впереди. Можно сказать, что в 2012 году Татьяна сама себе дала Старт в великолепном победном забеге на пути к признанию!

И первое, что сходу осознала и взяла на вооружение молодой мастер – это современные формы подачи своих идей! Так начали реализовываться серии – циклы картин, посвященные важным для художника темам!

«Взрослое фэнтази», «Детское фэнтази», «Замочная скважина», «Пробуждение», «Дневник художника», «Нестандартный формат», «Поэты России»…

Кроме «Дневника художника» и «Замочной скважины» все картины выполнены в жанре портрета. Но какие же все они разные! Кстати, «Дневник художника» наполовину тоже посвящен людям, так как Татьяна эту серию посвятила своему ежедневному рисованию, которое сопровождает ее жизнь подобно дыханию. И, естественно, все люди, попавшие в орбиту ее мастерской, немедленно нашли свое воплощение в маленьких портретах-этюдах!

Но все же, все же… Какие Джокеры на руках у Татьяны, как у художника?

В первую очередь, конечно же, это огромная, вселенская просто-таки, любовь к людям, которых она рисует. Мастер все время говорит о том, что не все удостаиваются ее художественного внимания, такое право надо заслужить! И это правильно… Все таки большой художник, если его сравнивать с миром кино, работает только с достойными его уровня актерами. Но, по-честному, если вдруг случается ей воплощать образ совершенно незнакомого, неинтересного человека, то и здесь откуда-то берется чуткое внимание к чужой личности, стремление и способность разглядеть и подчеркнуть лучшее.

Да, собственно, это неуемная всеобъемлющая любовь сопровождает Татьяну ежесекундно и в отношение всего сущего! Так что сказать, что бывают моменты, когда чувство гармонии и любви к миру оставляют ее – просто невозможно! Но… как же больно видеть ее огорчение, когда ей приходится сталкиваться с предательством, неблагодарностью, агрессией…

Так вот – увидев в людях Свет, Татьяна умеет передать его не только удивительно прорисованными глазами, что, вообще-то, является ее коронным номером (об этом позже), но, главное, она подбирает Цвет таким образом, что он уже самим своим присутствием на холсте создает нужное эмоциональное состояние! Татьяна любит работать большими цветовыми плоскостями, но при этом не чурается точности рисунка и любит тщательно прописанные подробности. Этот симбиоз позволяет художнику создавать цветовой и тональный ритмы такой пронзительной чистоты звучания, который не под силу большинству последователей супрематизма и абстракции. Удивительное дело, какую работу не возьмем для анализа или для понимания секретов метода, мы всегда увидим, как большие цветовые отношения вкупе с определенностью в рисунке приводят нас к лицу портретируемого – к его лику. Это, конечно, обязательное правило в этом жанре, однако создание эмоционального ряда через цвет, подведение зрителя через ритм цветовых пятен к главному в портрете – к глазам, это козырь именно данного автора.

Я упорно буду возвращаться к разговору о мастерстве художника в написании глаз! Я бы сказал, что их присутствие в портретах кисти Татьяны Кузьминой-Чугуновой уже достаточное условие для поклонения перед ее талантом. Ведь это такое редкое явление, когда глаза действительно становятся «зеркалом души»! Обычно, очи на холстах других художников «больны» двумя основными недугами – или их выдает одно и то же выражение, или, что особенно часто встречается, им присуще навязчивое соответствие глазам самого автора. В случае с Татьяной мы поражаемся тому, что у всех ее моделей совершенно узнаваемые, именно их глаза. Такое ощущение, что художник умеет полностью отказаться от своего я и перевоплотиться в своего визави, выдав в результате такого «переноса» истинную суть портретируемого. Нет, скажу больше – суть, очищенную Таниной любовью!

Сам автор неоднократно говорил, что работая над образом, старается не смотреть своей модели в глаза – затягивает настолько, что вместо анализа и собственно рисования внезапно настигает необходимость во взаимной исповеди.

Еще одна особенность в методе автора делает ее очень современной – условность пространства, окружающего фигуру образа на холсте. Причем это не пресловутая темнота, столь любезная мастерам парадного и кабинетного портретов, нет, перед нами цветом наполненная плоскость, оживающая и воплощающаяся в мир конкретного героя.

Когда смотришь на готовые полотна Татьяны, невольно появляется мысль о том, как точно и сразу же исчерпывающе художник находит окончательный вариант исполнения. Это совсем не так! Надеюсь, когда-нибудь Татьяна снимает документальную ленту о процессе создания портрета, и мы увидим насколько длительна и импровизационна работа над ним. Обычно сразу же оказывается «схваченным» композиционный строй картины, а вот цветовое решение и манера написания лица могут меняться до десяти и более раз! Причем каждый из этих вариантов – окончателен в своей наполненности и исполнении. Но… Это всего лишь путь автора к только ему понятному финалу.

Про детские портреты скажу одно – такого совершенного проникновения в образ я не видел более ни у кого! «Детское фэнтази» это концентрация чистоты, невинности и волшебства. Удивительно, как художник точно подбирает немногочисленные, но крайне важные для раскрытия образа, атрибуты – будь-то светлячки в одноименной картине, качели, напоминающие «висячие миры» в мультипликации, скамейка, на которой сидят сестры, играющие с морской свинкой и т.д. Очень выразительные позы, я бы сказал Printscrin движения… И торжество цвета, ко значении которого, я уверен, так и не смогли внятно сказать фовисты. Практически мы видим цветовые сюиты – мне вспоминается Равель и Дебюсси…

И опять глаза! Чистота взора, отсутствие в нем негативного опыта, приобретаемого с годами – это то, что объединяет все портреты этой серии. Но заметьте, какие же все они разные – такое ощущение, что Татьяна «впала в детство», оставшись при этом пронзительным провидцем сегодняшнего «Золотого детства» своих героев и их возможного будущего.

Название серии «Взрослое фэнтази», как ни странно почти ничем не связано с детским циклом – название напросилось само – и потому, что в этих картинах тоже присутствует мечта и волшебство. Mystifyingдля взрослых, а значит, завязанное на чувстве Любви и, конечно же, на сексе…

Гранат, как символ эротизма и одновременно чистой платонической любви – замечательная находка художника. Так и хочется представить себе Вселенную, заполненную гранатовыми галактиками, гранатовыми звездами и планетами, на которых живут «маленькие» принцы и принцессы, предающиеся грезам наяву.

Татьяна Александровна Кузьмина-Чугунова безусловно очень рано, еще на заре своей профессиональной деятельности ощутила в себе силу портретиста и вполне осознанно выбрала этот жанр своей козырной картой. У нее огромный опыт классического портрета – и через копирование, и через создание портретов-импровизаций, выполненных в «технике старых мастеров»! Сами понимаете, для того, чтобы слыть современным художником нужно совсем другое – нужен собственный художественный язык, нужны новые формы. Цикл «Нестандартный формат», как раз тот классический случай, когда мастерство живописца соединилось с интересной подачей материала! Уже внутри этой серии, Татьяна смогла нащупать три новых классификационных пункта – потрет структурный, когда мастер минимальными средствами дает некий «каркас» личности портретируемого и тут же отходит в сторону, как бы говоря, копание в психологических заморочках, использование большого арсенала инструментов здесь ни к чему. Этот человек очень прост, он понятен, даже то, что он сам в себе считает чем-то особенном, со стороны видится всего лишь рябью на бесконечной глади океана…

Следующий тип портрета можно назвать экспрессивным – это образ неуемной Силы, бешеного темперамента, жажды признания и славы. В этих работах мы видим полет амбиций, стремительность и неустрашимость покорителя Судьбы. Исполнение такого портрета требует «летящего» исполнения – точного, но дающего ощущения всплеска. Поэтому мы видим размашистость мазка, резкость цветовых переходов и усиленного контраста света и тени…

Третья разновидность «ликов» я бы назвал «ренессансной» - здесь присутствует небольшая хитрость, сознательно заложенная мастером - внешняя красота образа, его чистота, искусно прикрывает-приоткрывает высочайшее напряжение внутренней, с трудом сдерживаемой, духовной силы. Достигается этот эффект тщательной, близкой к «возрожденческой», прописки лиц и, одновременно с этим, придание глазам «страдающе-сострадающей» глубины.

Все эти «секреты» Татьяна Кузьмина-Чугунова прикрывает смелым внешним рекламно узнаваемым ходом, давшим название всему циклу – «нестандартный формат» - 120х40 см - не вяжущимся с привычным портретным решением, но подтвержденным внутренним наполнением. Лица и руки! Как все просто, но ведь в этом ограничении, на самом деле, видится кристаллизация образа. Руки, выдающие темперамент натуры и лица, скрывающие, охраняющие истинную суть человеческую, к которой художник проникает через написание глаз – который раз я говорю это? Но это так! И так важно!

Цикличность творческого метода начинает играть с мастером в пятнашки – не успевает еще полностью реализоваться одна серия работ, а «своего» уже требуют следующие идеи. Так, раздвигая стройные ряды «нестандартных» портретов, в жизнь Татьяны ворвались «Поэты России»!

Надо сказать, что искреннее волнение от чтения стихов, стремление наполнить жизнь их звучанием, в последнее время в обществе поутихло – и то, время «физиков и лириков» миновало, если бы не «малый» полувековой зазор, я бы сказал – «кануло в Лету»! Татьяне повезло – с юных лет в ее душе прочно обосновалась высокая поэзия. Во многом это, конечно, заслуга «места рождения» художника – город Чистополь не только «приютил» эвакуированных из Москвы писателей, но невольно стал свидетелем трагического пути к Елабугскому финалу «главной» поэтессы России Марины Цветаевой. Этим Татьяна жила всю юность, это она пронесла через всю жизнь – ее одиночество, отверженность, предательство близких людей и безграничная верность поэтическому дару. Удивительно - все великие поэты в России «плохо» заканчивали – их травили, выкидывали из страны, обманывали на всех уровнях - от государственного до личного, их убивали… Но мы – их современники или потомки живем в эпохи, названные их именами! И в портретах, созданных Татьяной Кузьминой-Чугновой присутствует и шекспировский накал трагедии, и приговор своему времени, вынесенный ушедшими поэтами…

Вроде надо заканчивать, а не хочется расставаться ни с Автором, ни с его картинами… И это то, что дает мне право сказать – мы живем в эпоху Татьяны Кузьминой-Чугуновой!


Яворский Войцех Томашевич (искусствовед)

 

Найти бриллиант...

Чего не хватает в разноцветице культурно-художественной жизни столицы? Казалось бы, уже есть все – от кондовых дилетантских поделок, которыми потчуют вечно спешащих прохожих старички-мазилы, освоившие почти все выходы из метрополитена, до совершенно неуправляемых в своем художественном нигилизме, молодых ниспровергателей любого предыдущего опыта… Порой трудно сделать выбор – на кого потратить свое драгоценное свободное время. Ожидание того, что тебя обязательно должны «Удивить», заранее превращает любое событие в пресное. Люди привыкли ходить на имена, совершенно не интересуясь продуктом, который на их головы вываливают, вечно голодные до славы и денег, художники.

Да и то – бесконечное количество «пустых» на талант, мастерство и гений выставок посредственных художников, бывших школяров-«троечников» и лодырей, которым не повезло так, как тем же Шилову или Софронову или «элитарная» безвкусица записных «контемпорарщиков», просто-таки наводнили всю Московскую культурную ойкумену, не давая зрителям возможность побыть восторженными поклонниками настоящего искусства.

Что это такое – «настоящее искусство»? Это такие произведения, в которых видна рука мастера, которым присуща абсолютная мера нравственности, которые вызывают у зрителя положительные эмоции и возвышенное состояние духа и души.

Внятный сюжет, ощущение волшебства – когда просто невозможно понять, как же это сделано, внезапно вспыхивающее желание самим стать участником этого проекта – вот что ожидает обнаружить от общения с произведениями искусства зритель, решившийся отойти от повседневной суеты и бесконечного сора рекламно-дизайнерского напора индустрии отдыха.

Таких возможностей не так много, и всегда это «Большое» искусство! Опера, балет, театр и выверенная временем «классика» живописи.

Встретить в наше время мастера отвечающего этим требованиям нелегко – это уже само по себе волшебство! А когда такой художник посвящает свое творчество одному из самых трудных, если не самому трудному жанру – детскому портрету, это и вовсе «антикварная» редкость!

Вам, посетителям этой выставки повезет несказанно – вы соприкоснетесь с картинами художника Кузьминой-Чугуновой Татьяны Александровны. Блестящее образование сродни академическому уровню начала 19 века, когда творили такие гении как русский Карл Брюллов или же французский Луи Давид, в ее творчестве соседствует с умением сотворить свой уникальный очень современный художественный язык. Как известно детский портрет это вершина жанра – здесь важно не просто передать сходство, не только точно «угадать» возраст модели – не первое место выходит умение выразить детскую чистоту, наивность, доверчивость к миру и непорочность. Это возможно только в том случае, если художник настолько наблюдателен и мастеровит в рисунке, что способен передать трогательную «неуклюжесть» детского тела, язык жеста, выдающий физическую незрелость. Особенно же ценно, я бы сказал – бесценно! – это умение изобразить чистоту взгляда. Глаза в портрете играют особенную, главенствующую роль – не секрет, что подавляющее большинство художников склонны к самоповторяющимся очам… Вроде разные разрезы глаз, разный цвет радужных оболочек и ресниц, по разному прикрывают белый шар глазного яблока веки, а выражение всегда одно и тоже!

Не то в картинах Татьяны – и это завораживает и поражает – сколько людей, столько и выражений. Как будто мастеру удалось раскрыть секрет художественной иридодиагностики! Глаза зеркало души – это про ее портреты. И способность провидеть и нарисовать чистоту детских очей говорит мне о бесконечной доброте и отзывчивости сердца художника.

Запомните особенности детских портретов показанной серии «Детское фэнтази» - работа большими цветовыми отношениями, удивительная точность сюжета, идеальный рисунок и, конечно, глаза!

И еще, последнее – эти портреты настолько художественны, что имеют самостоятельную ценность – безотносительно к тому ваш ли ребенок изображен на холсте!

Побудьте в мире искусства!